Бүре һәм тәкә
Волк и баран
Бер авылда бик зур кара урман булып,
Шул урманда төрле-төрле кошлар булган.
Зур чокырлар, биек таулар арасында
Бүре, төлке ята торган җирләр булган.
Каен, имән агачлары гаять эре,
Шул урманда күп яшәгән ике бүре.
Бу бүреләр шул кадәре ерткыч булган,
Күзләре, комсызлыктан, канга тулган.
Бу урманда болан, мышы тулы булган,
Бөтенесе ерткычлардан куркып торган.
Бу бүреләр, ерткычларның кулларыннан
Бик күп кенә кәҗә, сарык һәлак булган.
Ике бүре бер вакытны киңәш итә,
Кәҗә, сарык ашап йөргән җиргә китә.
Берсе барып, бер чокырга сузылып яткан,
Икенчесе йөри салып күзен читтән.
Көтүче юк, болар шуны белеп ала,
Симез генә бер сарыкны элеп ала.
Икенчесе шул сәгатьтә килеп җитеп,
Матур гына бер тәкәне бүлеп ала.
Алдагысы зур сарыкны буып алган,
Икенчесе бер тәкәне куып алган.
Барып кереп, икәү алар зур урманга,
Бичара сарыкны сузып салган.
Берсе ашый сарык эчен борыны белән,
Берсе сөйри бик тәртипсез кырып-ярып,
Тәкә шунда карап тора гаҗәп итеп,
Ничек, ди ул, — өзгәлиләр кеше малын!
Ашый торгач, болар хәзер кызып китте,
Сарыкның булган йоны тузып бетте.
Берсе ахры бик нык ашап сусап алды,
Түбән табан койрыкларын сузып китте.
Берсе калды, бик нык ашап, тирләп бетте,
Эче авыртып, ахрысы, чирләп китте.
Каты җиргә чыдый алмый [аптырагач],
Тәкәгә сүз кушты, киңәш итте:
— «Тәкә туган, берәр дару белмисеңме?
Мин фәкыйрьгә ярдәм өчен килмисеңме?..
Эч авырта, чыдар хәлем калмады бит,
Әллә азрак корсагымны имисеңме?»
Безнең тәкә бүрегә күзен салды,
«Бу бит кулга төшә», — диеп гайрәт алды.
— «Бүре абзый, элек башыңны имник», — дип,
Бүренең маңгаена берне салды.
Баш ярыла, бүре шунда авып китә,
Безнең тәкә кире артка чабып китә.
Колагына тагын берне килеп чүки,
Бүре абзыйга хәзер шул тәмам җитә.
Ул арада икенчесе килеп җитә,
Иптәшенең ятуына исе китә.
Иснәп карый, тыңлап карый — һич белә алмый,
Тәкә аңа булган эшне хәбәр итә:
— «Ул чирләде, алып кайткан аш белән,
Чирле булды эче белән, баш белән,
Уята күрмә иптәшеңне, нык йокласын,
Мин имләдем яхшы мөгез таш белән».
— «Тәкә туган, минем дә бит баш авырта,
Даруың булгач, мине дә син имләп кара.
Имләмәсәң сине тотып тиз асармын,
Тәкә, тәкә, курык миннән, тизрәк кара!»
— «Бүре абзый, ныграк йом күзләреңне,
Тыңлыйм синең яхшы булган сүзләреңне.
Ашаганда калдыра күр мөгеземне,
Имләргә тотынам мин үзеңне».
Шул вакытта бер аз вакыт тынып тора,
Бүре абзый тик кенә күз йомып тора,
Безнең тәкә, ни булса да булыр дип,
Бүренең маңгаена берне ора.
Баш ярыла, бүре шунда авып китә,
Безнең тәкә үз юлына чабып китә.
Ашыйм, дип алып кайткан тәкәләре
Ерткычларның башларына шулай җитә.
15. I. 1939.
У одной деревни был огромный тёмный лес,
В том лесу водились разные птицы.
Между глубоких оврагов и высоких гор
Были логовища волков и лисиц.
Берёзы и дубы были огромны,
В том лесу долго жили два волка.
Такими хищными были эти волки,
Что глаза от жадности налились кровью.
Лес был полон оленей и лосей,
Все они боялись хищников.
От этих волков, от рук хищников
Погибло немало коз и овец.
Однажды два волка посовещались
И пошли туда, где паслись козы и овцы.
Один растянулся в овраге,
Другой ходит, высматривая со стороны.
Пастуха нет — они это заметили,
Схватили жирную овцу.
Другой в тот же миг подбежал
И схватил красивого барана.
Первый задушил большую овцу,
Второй загнал барана.
Вдвоём они вошли в большой лес,
Растянули бедную овцу.
Один ест овечьи потроха, уткнувшись мордой,
Другой рвёт и волочит без всякого порядка.
Баран смотрит на это в изумлении:
«Как же они рвут чужую скотину!»
Продолжая есть, они разгорячились,
Вся овечья шерсть разлетелась.
Один, наконец, объелся и захотел пить,
Опустив хвост, пошёл вниз.
Второй остался; объевшись, вспотел,
Разболелся живот, и он занемог.
На твёрдой земле стало невмоготу,
Обратился к барану за советом:
«Брат баран, не знаешь ли лекарства?
Не придёшь ли помочь мне, бедняге?
Болит живот, больше нет сил терпеть,
Может, немного полечишь мой живот?»
Наш баран взглянул на волка:
«Вот он попался», — и набрался храбрости.
«Дядя волк, сначала полечим голову», —
Сказал и ударил волка в лоб.
Голова раскололась, волк повалился,
Наш баран отбежал назад.
С разбегу снова ударил по уху —
Волку этого хватило сполна.
Тем временем пришёл второй,
Удивился, что товарищ лежит.
Нюхает, прислушивается — ничего не понимает,
Баран сообщает ему о случившемся:
«Он заболел от принесённой еды,
У него болели живот и голова.
Не буди товарища, пусть крепко спит,
Я хорошо полечил его роговым камнем».
«Брат баран, у меня тоже болит голова,
Если есть лекарство, попробуй полечить и меня.
Если не полечишь, быстро схвачу и повешу,
Баран, баран, бойся меня, давай скорее!»
«Дядя волк, покрепче зажмурь глаза,
Я слушаю твои хорошие слова.
Когда будешь есть меня, оставь мои рога,
Теперь принимаюсь тебя лечить».
Немного времени стоит тихо,
Дядя волк спокойно стоит с закрытыми глазами.
Наш баран, решив: будь что будет,
Ударил волка в лоб.
Голова раскололась, волк повалился,
Наш баран помчался своей дорогой.
Так баран, которого привели, чтобы съесть,
Погубил самих хищников.
15. I. 1939.
Редакционная расшифровка исторической латиницы современной татарской кириллицей и подстрочный русский перевод, подготовленные с помощью ИИ. Перевод передаёт смысл без воспроизведения рифмы. Неуверенные чтения отмечены в тексте и примечаниях; рядом доступны все страницы оригинала.
Примечание к изданию.
В оригинале сплошной стихотворный рассказ без строф; диалог сохранён. «Имләү» — заговор/народное лечение. Дата оригинала: 15. I. 1939.
Историческое «имнә-» передано современной формой «имлә-»; «аптырагач» — редакционное чтение.
Один голос.
Разные страницы.
«Песни и стихи» — первый сборник Саита Исмагилова, изданный под именем Ярми Саити. Книга напечатана на татарском языке исторической латиницей.
На обложке и в каталоге указан 1940 год; на титульном листе — 1939. Источник сканов — Национальная библиотека Республики Башкортостан.
Саит ИсмагиловВсе произведения сборникаИсточники.
«Песни и стихи», 1940 · Национальная библиотека РБ
«Песни и стихи», 1940 · Национальная библиотека РБ
Оцифрованное издание: предисловие М. Хая (с. 3–5) и стихотворение «Үзем турында» (с. 6–7). В коллекции библиотеки также опубликован портрет Саита.


